10:35 

Глава 10

L.Z.
Лисы всех стран, объединяйтесь!
Глава 10

Мне снилось, что я падаю в жерло гигантского вулкана. Я беспомощно дернулась, пытаясь замедлить падение, ударилась рукой о прикроватную тумбочку и проснулась. Было темно и жарко. Я все еще была полностью одета, простыня обмоталась вокруг ног. Подушка была мокрой от пота.

Я поднесла ушибленную руку к глазам и увидела, что повредила кожу на костяшках среднего и указательного пальцев. Словно побывала в драке. Я лишь смутно помнила, как вчера вернулась домой. Странный звонок и приступ паники были чем-то вроде сна: чем больше думаешь о них, тем быстрее забываешь.

Я поднялась и приняла душ. Суда еще не встала, и потому я сама занялась завтраком. У меня никогда не получалось правильно сварить кофе. Суда, алхимик двадцать первого века, знала что-то такое о взаимодействии кипятка и кофейных зерен, что превращало черную бурду в ароматный и терпкий напиток. Но она так и не раскрыла мне своей тайны, и потому я ограничилась чашкой чая из пакетика и села лицом к окну, чтобы полюбоваться восходом. Я нередко его наблюдала, так сказать, с другой стороны ночи. Прогулять до утра не было для меня чем-то необычным, но встать затемно… Такого давненько не случалось.

В половине восьмого на кухню зашла Суда.

– Я не слышала, когда ты пришла, – сказала она, нахмурившись. – Еще не ложилась?

– Уже встала, – миролюбиво ответила я.

Рассвет всегда делал меня немного меланхоличной. В любой другой день я бы рассердилась и напомнила ей о презумпции невиновности, но сегодня не хотелось ругаться.

– Я приготовила завтрак, но кофе за тобой, – улыбнулась я.

Бросив на меня тревожный взгляд, Суда взялась за турку.

Выпив свою чашку кофе, я ушла к себе. Было еще довольно рано, чтобы звонить Нуккиду, но я решила испытать удачу. Он ответил лишь после шестого гудка. Голос хриплый и заспанный. В ответ на мой вопрос, поговорил ли он с Пхатти, Нуккид лишь промычал что-то нечленораздельное и предположительно ругательное и повесил трубку. Я определенно была не единственной совой в нашей компании.

Пожав плечами, я вернулась к Суде.

– Я заметила, что у нас кончаются продукты.

Я редко заглядывала в холодильник, а если такое случалось, то хватала первое, что попадалось под руку, не особенно заботясь о том, что оставалось на полках. Я платила Суде за квартиру, оставляла дополнительно деньги и на еду, но никогда не обращала внимания, как и на что она их тратила. Поэтому можно понять, почему мое внезапное заявление было встречено недоверчивым молчанием.

– Я собиралась сегодня сходить на рынок, – наконец вымолвила Суда.

– Пойдем вместе? Помогу донести сумки.

– Киу, что с тобой?

Я лишь пожала плечами и улыбнулась. Правда? Вот она: мне не хотелось оставаться одной в квартире. Или выходить из дома в одиночестве.

Мы сходили на рынок, и я постоянно оглядывалась по сторонам. Темно-синего автомобиля, что так напугал меня вчера, перед домом не было, но я с подозрением вглядывалась во все темные машины, проезжавшие мимо. Однако ничего необычного не происходило, и в подъезде нас не поджидало чудовище.

– Я знаю, что с тобой случилось, – сказала Суда, когда мы закончили разбирать сумки.

Она молчала практически все время, ограничиваясь лишь указаниями, что взять и в какой лавке. Меня это полностью устраивало, но, как видно, всему приходит конец. Мирное утро грозило превратиться в полдень душеспасительных бесед, и потому я лишь пожала плечами и направилась в свою комнату:

– Ничего не случилось.

Я услышала, что она идет следом, но не оглянулась. Стараясь не обращать на Суду внимания, я достала из шкафа свое любимое небесно-голубое платье с высокой талией и декольте, способным творить чудеса, бросила его на постель и принялась рыться в ящике туалетного столика в поисках сережек с лазуритом. Подняв глаза, я увидела, что Суда все еще за мной наблюдает, причем, что бы она ни увидела, это, судя по выражению ее лица, лишь подтверждало ее догадку.

– Ты влюбилась, – ответила она на мой невысказанный вопрос.

Я даже рассмеялась от нелепости этого предположения. Милостивая Луна, в кого?

– Ты ошибаешься, – мягко возразила я.

Учитывая все, что произошло за последние несколько дней, влюбиться мне точно не грозило. Выжить бы, не быть вышвырнутой с обжитой территории, не поссориться со всеми, с кем только можно. Но влюбиться? Нет, едва ли. Да и кто мог претендовать на роль моего возлюбленного? Разве что Итан. Он был, разумеется, мил и умел неплохо целоваться, но ведь этого недостаточно, не так ли?

– Тогда почему ты так наряжаешься? – со значением спросила Суда.

– Это еще ничего не доказывает.

Вчера мы с Итаном договорились пообедать вместе. Я была готова отменить встречу, если вдруг появится Луис или Пхатти захочет узнать больше об Эмили, но пока ни тот, ни другой не проявили ко мне интереса. Так почему бы мне было не принять приглашение Итана? Приятно проводить свободное время не запрещено законом.

Я надела платье и улыбнулась собственному отражению. Десять из десяти. Сегодня был мой день. У меня не было подходящего ожерелья в комплект к сережкам, пришлось ограничиться одним моим амулетом из слоновой кости, но даже так я, несомненно, выглядела роскошно. Может быть, даже слишком, ведь нам предстояло просто пообедать вместе. Случайно ли я остановила свой выбор именно на этом платье? Сомнение на мгновение омрачило лицо красавицы в зеркале, что не укрылось от зорких глаз Суды.

– Кто он? – беззлобно усмехнулась она, проходя в комнату и присаживаясь на мою неубранную постель.

– Просто один симпатичный турист. Ничего серьезного.

– Так он не местный? – в ее голосе послышалось разочарование.

Своим примерным поведением сегодня я явно внушила ей ложную надежду. Она надеялась на союз с порядочным человеком, а не на очередной курортный роман.

– Австралиец.

Я принялась за макияж и тут же с раздражением подумала, что даже тушь сегодня ложится лучше, чем обычно. Или все дело в радостном блеске глаз? Откуда он вообще взялся? Предвкушение?

– Ты покраснела, – отметила Суда, рассматривая мое отражение.

– Это из-за жары.

Но она уже взяла след, и сбить ее с пути было не так-то просто. К тому же даже я сама начала сомневаться в невинности происходящего. Я привыкла задавать вопросы миру, а не самой себе, и теперь мне было сложно определить истинную причину своих поступков.

«Разве ты влюблена в Итана?» – спросила я у девушки в зеркале.

На ее лице застыло неуверенно-вопросительное выражение. И да, на щеках действительно играл подозрительный румянец.

Этого еще не хватало!

Я раздраженно тряхнула волосами и отвернулась от зеркала. Еще было время снять платье и переодеться во что-то более скромное, но я отказалась от этой мысли. Что преступного в желании выглядеть красиво? Не для кого-то другого, для самой себя.

– Увидев тебя в этом платье, он решит остаться навсегда, – подлила масла в огонь Суда.

– Глупости, – фыркнула я, но пришлось приложить усилие, чтобы не расплыться в довольной улыбке.

Рассудив, однако, что в таком виде ехать на скайтрейне просто неприлично, я поймала такси до центра. Я добралась на удивление быстро и с некоторой досадой обнаружила, что до встречи с Итаном еще целых пятнадцать минут. Его не было видно, и я решила немного прогуляться, может быть, даже заглянуть в парочку бутиков, ибо нет в мире ничего более удручающего, чем девушка, одиноко дожидающаяся парня за столиком в кафе.

Я зашла в ювелирный магазин, осмотрела прилавки с серебряными подвесками в поисках лазурита, но не нашла ничего подходящего. Внутри было прохладно, и я не торопилась возвращаться на шумную, душную улицу, потому решила посмотреть еще и кольца. В этот момент у меня зазвонил мобильный. Я поспешно вынула его из голубого, в цвет платья, клатча, думая, что это Итан. Но ошиблась.

– Луис?

– Счастлив снова слышать твой голос, красавица, – раздалось на том конце.

Удивительно, но я была рада его звонку. Беспокойство по поводу его внезапного исчезновения на сутки пересилило обиду.

Может быть, мне удастся выяснить, чем он был занят?

– Где ты? – спросила я. – Я беспокоилась, что ты уже забыл обо мне.

– Никогда, – на удивление серьезно ответил он. – Как прошел ужин?

– Неплохо. Было весело.

– Рад, что ты сумела развлечься. И надеюсь, что сегодня ты уже не так сильно на меня злишься.

– Меньше, чем вчера, – дипломатично ответила я. – Немного.

– Я на это рассчитывал. Слушай, у меня выдалась свободная минутка, и я хотел бы увидеться. Обещаю держать себя в руках.

Ради Эмили мне следовало согласиться, но тогда пришлось бы отменить встречу с Итаном, который, скорее всего, уже ждал меня. Стыдно было даже на мгновение задуматься, кого предпочесть: трагически погибшую подругу или едва знакомого парня. Но я засомневалась, и это напугало меня сильнее, чем все слова Суды.

– Конечно, – согласилась я на предложение Луиса и назвала ему адрес кафе, в котором мы должны были встретиться с Итаном.

От прежнего радужного настроения не осталось ни следа. Сунув мобильный обратно в сумочку, я вернулась в пекло бангкокских улиц и направилась к месту встречи.

К кафе мы с Итаном подошли одновременно, и не успела я и слова сказать, как оказалась в его объятьях. На несколько мгновений я забыла обо всем на свете, просто наслаждаясь теплом его рук. Потом Итан немного отстранился, окинул меня взглядом, и я увидела, как вспыхнули его глаза.

– Ты великолепна, – прошептал он.

Тщеславная лиса внутри меня довольно зажмурилась. Я улыбнулась Итану в ответ, и все в этот момент было идеально. Мы выбрали столик около окна и заказали напитки.

Я понимала, что молчать дальше нельзя, но все равно решилась заговорить далеко не сразу.

– Итан, – осторожно начала я, – я помню, что мы вчера договаривались пообедать только вдвоем, но мне внезапно понадобилось встретиться с одним человеком, это очень важно. Как ты отнесешься к небольшому увеличению нашей компании?

– Ты пригласила симпатичную подружку? – попытался отшутиться он, но я заметила тревогу в его глазах.

– Э…не совсем подружку.

– Симпатичного дружка? – не сдавался он, хотя я видела, что он уже и сам догадался.

– Если бы. Видишь ли, Луис…

– Только не он снова, – почти простонал Итан.

– Он позвонил мне буквально перед нашей встречей, я не могла ничего поделать!

– Ты могла не брать трубку.

– Но, Итан, это же ребячество!

– Ребячество? Киу, ты обещала мне…

– Я абсолютно уверена, что не успела ничего тебе пообещать, – довольно жестко сказала я.

Мне не следовало так говорить с ним, ведь, в конце концов, в случившемся не было его вины, однако что-то чисто женское во мне требовало безоговорочного подчинения безо всяких объяснений. К тому же я устала от едва замаскированных упреков Нуккида в том, что я мало времени провожу с Луисом. Не хватало еще выслушивать претензии Итана по поводу того, что я вижусь с Луисом слишком часто.

Да и разве имел он на них какое-то право? Мы провели вместе всего один вечер.

– Но зачем ты согласилась встретиться с ним, если собиралась провести день со мной? – спросил Итан, и я ясно услышала раздражение в его голосе.

Как я могла рассказать ему о том, что он всегда был всего лишь запасным вариантом? Дипломатия никогда не была моей сильной стороной.

– Это вышло случайно. Он внезапно позвонил, и я… Мне нужно его увидеть.

– Неважно. Ты могла отказать ему. Могла назначить встречу на другое время, на другой день. Да что угодно!

– О, с чего это вдруг? – спросила я, окончательно выходя из себя.

Моя собственная вина забыта, я была слишком взбешена его тоном, чтобы рассуждать здраво. Когда он решил, будто может указывать мне, с кем и когда встречаться?

– Потому что ты не можешь встречаться с нами обоими! – воскликнул Итан, и я демонстративно рассмеялась. – Что в этом непонятного?

Двойные стандарты. Обожаю.

– Но ты же можешь встречаться со мной, хотя дома тебя ждет невеста, – сказала я как можно более спокойно, хотя внутри у меня все кипело. – И я не прошу тебя разорвать помолвку.

– Откуда ты…

Он не договорил и вдруг как будто уменьшился прямо у меня на глазах, вжавшись в спинку стула, ссутулившись и неосознанным движением вскинув руку ко лбу, словно пытаясь спрятаться. Несколько секунд спустя он взял себя в руки, отпил из своего бокала, но по-прежнему старался не смотреть в мою сторону. Внезапно передо мной был совершенно другой Итан. Не милый парень из бара и не деспот, указывающий мне, что делать, а всего лишь растерянный мальчишка. И еще кое-что – я улавливала это инстинктивно, шестым лисьим чувством, – он пытался бороться. Итан сопротивлялся моей магии. Рвался на волю, прочь из силков, но проигрывал снова и снова.

Вид этой внутренней борьбы без шанса на победу охладил мой пыл. Итан еще не знал о том, что бороться бесполезно.

–Ты права, не мне тебя судить, – очень тихо произнес он, я едва его услышала. – Но я… я просто хочу понять тебя. Понять почему. Кто он такой, Луис?

Снова уже ставшее привычным бормотание. Теперь я знала, что причиной тому были сомнения и безуспешные попытки остаться верным женщине, ждущей его дома. Мой бедный Феб. Знал ли Луис о невесте Итана, или это было всего лишь удачной догадкой? Едва ли я когда-нибудь решусь задать этот вопрос.

И все же снова Луис, всегда он. Действительно, кто он такой, если способен настолько усложнить мне жизнь одним фактом своего существования?

– Всего лишь знакомый, – ответила я.

Богатый и влиятельный – неудобный союзник и слишком опасный враг.

– Знакомый, которому ты не можешь ни в чем отказать? – резко спросил Итан, словно подслушав мои мысли.

Я лишь пожала плечами. Не объяснять же ему, в самом деле!

– Знакомый, с которым ты спишь? – продолжал Итан свой допрос.

– Ты сам сказал, что не тебе меня судить, – отозвалась я лишенным эмоций голосом.

Я даже не нашла в себе достаточно жара, чтобы как следует возмутиться непристойному вопросу. Зачем злиться на Итана, когда есть Луис, которому не требовалось даже быть рядом, чтобы все испортить. Хотя, с другой стороны, тут и портить было нечего. Простая человеческая любовь, возникшие сами собой отношения всегда ставятся выше внушенных чувств. Каждая лиса, получившая силу принимать человеческий облик, знает, что не должна красть чужих возлюбленных. И ни одна лиса осознанно не пойдет на это, если не хочет лишиться благословения Луны.

Да и зачем? Лисы никогда по-настоящему не сходятся с людьми. Наша магия дает нам возможность сблизиться, но это всегда мимолетные романы, слишком нестабильные и поверхностные, чтобы их можно было назвать полноценными отношениями. Даже если лисам удается поддерживать видимость подобной связи довольно долгое время, результат всегда один. И чем сильнее лиса верит в реальность своего фантомного союза с человеком, тем хуже приходится ей в конце, когда все становится на свои места.

Это насмешка судьбы, что нам позволено принимать облик людей. Идеальная мимикрия, совершенное укрытие, которое позволяет нам казаться такими же, как они, но никогда не быть ими, как бы нам иногда этого ни хотелось. Таково проклятье всех лис. Мы рождаемся животными, мы живем подобно людям, но умираем богами. Или не умираем, если кому повезет дожить до девяти хвостов.

А ведь я даже не была уверена в том, что хочу быть с Итаном.

– И что мы будем делать? – спросил он.

– Не знаю, – честно ответила я. – Но у нас есть время до тех пор, пока не принесут счет.

На стене за спиной Итана висел телевизор, и я перевела взгляд на него, не желая встречаться с по-прежнему восхитительно-черными глазами своего несчастного поклонника. Продолжать разговор в том же тоне было бы глупо, пытаться оправдаться – нелепо, объяснять что-либо – наивно.

И уж точно бессмысленно было искать виноватых. Роковая случайность привела Итана на мое выступление, она же позволила лисьей магии коснуться его. В этом не было злого умысла, и даже Луна не терзала меня за это кошмарными видениями по ночам. Теперь нам оставалось только одно – распрощаться и никогда больше не видеться.

Когда в дверях появился Луис, снова без очков и одетый как простой смертный, я даже обрадовалась. Что угодно, лишь бы не это натянутое молчание.

Я ничего не сказала Луису об Итане, но он отнесся к его присутствую философски. Мужчины молча пожали друг другу руки, после чего Каро придвинул стул от соседнего столика и устроился на нем между мной и Итаном.

– Киу, – улыбнулся он, обращаясь ко мне, – вижу, ты решила быть жестокой до конца и растоптать мое самолюбие. Прекрасна и беспощадна. Я восхищен.

– У меня имелся великолепный пример перед глазами – не без издевки ответила я. – Но разве не тебе принадлежала идея встретиться сегодня, чтобы выявить победителя пари?

Ответом мне послужил задорный смех Луиса и мрачный взгляд Итана.

– Тогда прежде, чем ты назовешь имя счастливчика, позволь мне кое-что сказать тебе, – проговорил Луис и извлек из кармана брюк небольшой мешочек из черного бархата. – Мы встретились не в самое лучшее время, и оба успели наделать глупостей, хотя, признаю, моей вины во всем, что случилось, на порядок больше. Однако я не хочу, чтобы что-то стояло между нами. И в знак того, что я желаю тебе только добра, прошу, прими вот это.

Развязав тесемки, он вытряхнул на ладонь миниатюрную подвеску из молочно-белого нефрита. Наклонившись ближе, я увидела, что это бабочка. Луис протянул мне подвеску, и я взяла ее в руки, на мгновение подивившись тому, насколько теплым оказался камень. Он как будто все еще хранил тепло рук мастера, что с любовью и бесконечным терпением придавал ему его нынешнюю форму. Работа была не слишком тонкой, и кое-где нефрит был чуточку сколот, но я влюбилась в эту вещицу с первого взгляда.

Я с удивлением взглянула на Луиса. У меня на родине такой подарок имел совершенно особый смысл, но едва ли агенту были известны древнекитайские ритуалы. Каро выжидающе смотрел на меня со спокойной улыбкой, ни тени беспокойства или волнения на его лице. Нет, он определенно не знал, что только что сделал.

– Она ведь очень старая? – спросила я.

Я, кажется, могла физически ощутить десятки лет, а то и целые столетия, прошедшие с тех пор, как некий мастер выточил из кусочка безупречно белого нефрита это маленькое крылатое чудо, символ любви и надежды.

– Ты даже не представляешь насколько, – ответил Луис, и что-то в его голосе заставило меня оторваться от любования подвеской.

Буквально на мгновение маска соскользнула с его лица, и то, что я увидела под ней, было ничем иным, как сомнением. Но в чем? В ком? Каро принял беззаботный вид, как только заметил, что я смотрю на него.

– Это ведь не какая-нибудь драгоценность твоей матери, которая передавалась у вас в роду поколениями? – попыталась отшутиться я, хотя на самом деле мне было немного не по себе.

– Нет конечно, – улыбнулся Луис. – Я купил ее у уличного торговца по пути сюда.

Итан фыркнул.

– Ты думаешь, что это поможет тебе победить? – насмешливо спросил он, обращаясь к Луису.

Тот лишь безмятежно улыбнулся в ответ, ни следа сомнений или неуверенности в себе. Типичный Каро.

– Киу, – обратился Итан уже ко мне. – Но ведь это же просто взятка!

– Разумеется, это взятка, – ответил за меня Луис. – Но Киу чересчур высокоморальна, чтобы придать ей слишком уж большое значение. Можешь быть уверен, это не повлияет на ее решение.

Ядом, что прозвучал в голосе Луиса, можно было отравить пол-Бангкока. Сложно было придать слову «высокоморальна» больше глумливого презренья, чем это сделал агент. У меня тут же перед глазами предстал номер в отеле и смятые простыни на широкой кровати. Высокоморальна, в самом деле. Закрыв глаза, я постаралась отогнать непрошенные воспоминания.

Итану ничего доподлинно известно не было, но, наверное, по моей реакции он понял, на что именно намекал Луис.

– Да как ты смеешь! – воскликнул он, чуть привстав со стула и теперь нависая над Каро подобно столбу торнадо. – Ты в принципе не способен ни на что другое, кроме как выплевывать гадости, не замечая ничего, кроме собственной мерзости, не замечая красоты, доброты, таланта. Тебе просто не дано оценить всего этого, вот ты и исходишь желчью, надеясь опустить остальных до своего уровня. Но в этот раз у тебя ничего не получится. И если ты еще раз раскроешь свой поганый рот, то клянусь, я врежу тебе. И на этот раз не промахнусь.

Судя по внезапно прорезавшемуся красноречию, Итану удалось справиться со своими внутренними противоречиями. Признаться, я даже опешила от этого монолога. После нашей ссоры я ожидала, что Итан уйдет, как только появится Луис, однако он не просто остался, но и попытался встать на мою защиту. А, может, ему всего лишь не терпелось выплеснуть наружу свой гнев, и Каро просто пришелся кстати.

Впрочем, на Луиса эта вспышка не произвела особого впечатления.

– Я понял твою позицию, – спокойно сказал он. – Можешь сесть обратно. Итак, Киу, ставки сделаны. Драгоценности против комплиментов. Что ты выберешь?

– Мне сложно сделать выбор, отчаянно не хватает пункта «против всех».

– Похвальная попытка свести все к шутке, но, Киу, ты сама подняла эту тему, и тебе придется выбрать. К тому же…

Что еще он хотел сказать, я уже не услышала. Во время разговора я иногда бросала случайный взгляд на телевизор за спиной Итана, но увидев в правом верхнем углу экрана фотографию, замерла, не в силах оторваться, ничего больше не видя и не слыша.

С жидкокристаллической поверхности на меня смотрело лицо Ноя.

Первым среагировал, конечно же, Луис. Он мгновенно развернулся на стуле, бросил взгляд на телевизор и тут же крикнул проходившей мимо официантке:

– Включите звук!

К тому моменту, когда звук все-таки включили, прошла уже большая часть репортажа, и теперь в кадре был только незнакомый мне дом где-то на побережье, в то время как голос диктора продолжал:

– … эксперты утверждают, что нападение было совершено прошлой ночью между полуночью и двумя часами. Личность нападавшего не установлена. Ведется расследование.

После криминальной хроники следовали новости спорта, до которых мне уже совершенно не было дела. Оторвавшись от телевизора, я встретилась взглядом с Луисом и поняла, что он удивлен не меньше моего. Я не знала, был ли он знаком с Ноем, но, видимо, был, потому как его удивление, очевидно, было вызвано именно самим сюжетом, а не моим интересом к нему.

– Прошу прощения, – проговорил он, поднимаясь со стула и на ходу доставая мобильный.

Он отошел достаточно далеко, так что я не слышала его слов, но в какой-то момент мне показалось, что он произнес мое имя. По губам я умею читать не лучше, чем разбираюсь в физиогномике, но все равно мне почему-то стало не по себе. С кем Луис постоянно переговаривается? С Даатоном? Но какое тому до меня дело?

– Что случилось? Ты его знаешь? – спросил Итан.

Я кивнула. Не было нужды вдаваться в подробности.

По крайней мере, теперь стало понятно, почему вчера мы не смогли дозвониться до Ноя. Но что же произошло? Диктор сказал «нападение», не «убийство». Но тогда почему самого Ноя не было в кадре, почему только фото? Возможно, ему удалось сбежать? Мне так хотелось надеяться на лучшее, но после увиденного в квартире Эмили я была готова ко всему.

Может, тому виной была моя прогрессирующая паранойя, но я не сомневалась, что прозошедшее с Ноем не случайность. Нападение на человека, имеющего связи в самых высоких кругах и к тому же сотрудничающего с Пхатти, просто не могло быть случайностью. На нашей территории орудовал чужак, и Алек был прав, утверждая, что всем нам может угрожать опасность. Теперь его туманные предостережения не казались мне такими уж странными. Если даже всезнающий Ной не был в безопасности, то на что надеяться остальным?

Я бросила еще один встревоженный взгляд на Луиса. Осмелится ли пришлый шаман напасть на агента Даатона? Убийство Эмили было, несомненно, гнуснейшим преступлением, но она была всего лишь стилистом, фигурой не слишком заметной. А Алек предвидел, что шаман может решиться и на большее. Нападение на главного информатора Пхатти было не просто глупостью. Это был бунт.

Кто-то всерьез решил разозлить местного демона, а то и подставить его, выбрав для этого время, когда в Бангкоке находился агент Даатона. Что будет с Пхатти, если что-нибудь действительно случится с Луисом Каро?

Разумеется, даже самый сильный шаман не был способен убить или серьезно навредить демону, пусть даже такому слабому и незначительному, как Пхатти. Однако другому демону, например Даатону, это было вполне по силам. И самым простым способом стравить двух властителей Бангкока было убрать агента, посредника между ними. Ничего удивительного, что Алек так взъелся, когда узнал, что я позволила Каро уехать одному в первый же день. Если даже у меня были причины оберегать status quo, то что говорить о нем?

Однако кем был этот шаман? Кто мог настолько ненавидеть Пхатти, что не остановился бы ни перед чем, чтобы навредить ему? Этого я не знала. Но вот Нуккид мог догадываться, ему всегда было известно больше, чем мне. Следовало как можно скорее позвонить ему, однако сделать это надо было втайне от Итана и, разумеется, Луиса.

Но у последнего, конечно же, были свои планы.

– Киу, я думаю, нам стоит кое-что обсудить, – сказал он, усаживаясь на свое место слева от меня.

Я согласно кивнула, но вид при этом у меня, должно быть, был довольно несчастный, так что Итан снова бросился мне на помощь.

– Оставь ее в покое!

– Не лезь не в свое дело, – огрызнулся Каро.

– Она не сказала, что ты победил, так что не смей тут распоряжаться.

– О Господи! Киу, скажи уже наконец, что я победил! – обратился ко мне агент.

– Ты победил, – спокойно ответила я.

В свете всего происходящего такая мелочь, как пари, выглядела особенно глупо и несущественно. Если я не ошиблась с выводами, то интрижка с заезжим туристом – последнее, о чем мне стоило беспокоиться.

– Вот видишь, я победил. А теперь не лезь, – бросил Луис и повернулся ко мне. – Что тебе известно?

– Киу! – воскликнул пораженный Итан, не дав мне ответить агенту. – Ты не можешь серьезно так думать. Ты ведь ненавидишь его. Ну так не делай этого, ты не обязана.

– Итан, пожалуйста, хватит, – сказала я, стараясь не замечать усмешки Каро. – Не надо устраивать сцену. Все кончено. Было приятно с тобой познакомиться, но – нет, извини.

Итан недоверчиво покачал головой.

– Это не ты, – сказал он сокрушенно.

– Это я. И нам больше не о чем разговаривать.

– Немыслимо.

Со смесью недоверия и обиды на лице, он поднялся из-за стола и направился к выходу. Я не сделала попытки его остановить несмотря на то, что уже сожалела о поспешно принятом решении. Наверное, не стоило заканчивать все так резко и грубо, однако лучше так, сейчас, чем потом, когда все станет еще запутаннее. Я напомнила себе, что никогда не относилась к этому роману серьезно и что должна радоваться возможности покончить с ним.

Вот только радоваться не получалось.

@темы: Кун Киу

URL
   

Lydia Zavadovskaya

главная