09:51 

Глава 16

L.Z.
Лисы всех стран, объединяйтесь!
Глава 16

Итан открыл дверь после второго стука, и при виде его меня захлестнула волна радости. Я не стала сдерживаться, и мгновение спустя мои руки обвились вокруг его шеи, а губы целовали, жадно и упоенно, дорогое мне лицо.



Мы расстались в дверях номера. Он обнял меня в последний раз, задержавшись только на секунду дольше обычного. Я улыбнулась и пожелала ему удачного полета.

– Ты не хочешь поехать со мной? – спросил он.

Наверное, он уже давно хотел задать этот вопрос, но ждал, что я заговорю первой. Бедный Итан. Как сказать ему, что я могла быть с ним лишь в мечтах? Что пришла к нему сегодня исключительно ради приятного воспоминания? Я ласково провела пальцами по его щеке и легко коснулась губ. Когда-нибудь это будет очень хорошим воспоминанием.

Влюбленный в лису никогда не покинет ее по своей воле, поэтому уйти предстояло мне. Я отрицательно покачала головой и поцеловала Итана в последний раз.

По полу коридора ползли косые солнечные лучи, но было еще достаточно светло. Заходя в лифт, я обернулась. Итан по-прежнему стоял в дверях и, увидев, что я смотрю на него, поднял руку и помахал. Я помахала в ответ. Двери лифта закрылись.

И кто бы мог подумать, что так прощаются со своей судьбой, с единственным человеком, с кем, если Кеута не ошиблась, я могла бы быть счастлива?

Глупости это все. Предопределения для меня больше не существовало. Моя настоящая судьба ждала меня впереди.

Луис был пугающе пунктуален. Не успела закончиться начальная заставка шестичасовых новостей, как он был у моей двери.

У сегодняшнего дня было одно неоспоримое преимущество перед вчерашним – сегодня Суда работала в вечернюю смену, и потому она была избавлена от сомнительного удовольствия принимать у себя агента Даатона, а я – выслушивать потом ее мнение на этот счет. Дома меня и так встретила записка, полная вопросов и скрытых упреков. Естественно, я ведь вчера провела ночь, по выражению Суды, «неизвестно где и с кем».

У меня было совсем немного времени на подготовку. Вернувшись от Итана, я быстро приняла душ и наскоро переоделась. Я решила не тратить силы на прическу и макияж и выбрала простое, но элегантное платье цвета слоновой кости, которое и само по себе, без всяких украшений, смотрелось весьма эффектно. Таким образом, весь процесс приготовления к свиданию занял от силы пятнадцать минут. Мой новый личный рекорд.

Прежде чем открыть дверь, я в последний раз бросила взгляд на свое отражение в зеркале. Обычно я предпочитала яркие цвета, вычурно укладывала волосы и не жалела косметики. И потому сейчас я выглядела как выцветшая копия себя самой: бледная, в светлом платье, с едва оттененными матовой помадой губами и свободно спадающими на плечи темными волосами. В то же время я казалась старше, чем обычно, и словно даже порочней. Глаза лихорадочно блестели, и в них читалась странная смесь страха и решимости.

Я мысленно надела на себя маску, словно мне предстояло выйти на сцену. Возможно, это станет моим последним танцем, но разве это не повод сделать все правильно? Я медленно коснулась кончиками пальцев лба, салютуя своему отражению. И рассмеялась нелепости этого глупого ритуала.

Такой меня Луис и увидел, смеющейся.

Сегодня он изменил своему любимому белому цвету и был одет в шелковый темно-серый костюм. Однако на нем снова были те же дорогущие очки, что и в день нашего знакомства. В руке он сжимал роскошный букет алых пионов, который и был мне вручен вместо приветствия. Лучше уж цветы, чем поцелуи, подумала я про себя.

Но пионы… Из всех возможных вариантов он выбрал именно пионы!

– Ну что ты, не стоило, – пробормотала я, осторожно принимая цветы.

Букет был хорош, но от запаха у меня уже начинала кружиться голова.

В мире существует множество растений, камней и металлов, которые обладают особыми свойствами. Нет, не так. Все растения, камни и металлы обладают особыми свойствами, но некоторые, как например, пионы, оказывают странный эффект на низших духов. У меня от них кружилась голова, и становилось сложнее контролировать себя.

На моей родине крестьяне издревле использовали пионы для того, чтобы отгонять лис и прочих зловредных существ. Конечно, если Луис был достаточно могущественным шаманом, он мог бы узнать во мне лису. Почему я не подумала об этом раньше? Я едва не уронила букет при мысли, что он выбрал пионы преднамеренно. Что он хотел этим сказать? Предупредить? Испугать?

Наливая воду в вазу, я краем глаза следила за Каро. Луис неторопливо прохаживался по гостиной, осматривая книжные полки. Если он и знал, что я лиса, его это не слишком тревожило. Я оставила букет на кухне и вернулась к агенту.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, когда я вошла.

Я на мгновение растерялась, не понимая, что он имеет в виду. Неужели все-таки пионы? Но потом я вспомнила, что сегодня утром наврала ему про мигрень.

– Намного лучше, спасибо, – вежливо улыбнулась я.

– Столик заказан на семь, у нас есть еще немного времени, – продолжил Луис. – Так, значит, здесь живет самая красивая женщина Бангкока?

Как оригинально.

– Здесь она ночует, – поправила я.

И если он ожидал, что я предложу ему осмотреть квартиру, то он сильно ошибался.

– А куда мы идем? – как бы между прочим спросила я.

– В «IlTartufo».

Я воззрилась на него в немом изумлении.

– Что тебя удивляет?

– Мы идем в европейский ресторан?

– Ты не любишь итальянскую кухню? – было похоже, что сама мысль о том, что кто-то может не любить итальянскую кухню, казалась Луису кощунственной.

– Нет, но… почему именно туда?

– Мне сказали, это очень даже неплохой ресторан, да и место там весьма живописное, – теперь он почти оправдывался, и я поспешила сказать, что все в порядке и что, в принципе, я одобряю его выбор.

Затем, попросив извинить меня, я отлучилась в ванную.

Опасаясь, что Луис станет подслушивать, я включила воду и только потом взялась за телефон.

Вчера Пхатти, сам того не желая, дал мне подсказку. Все это время он действовал, опасаясь, что полиция выследит Луиса на его территории. И хотя он мог с легкостью запугать или подкупить местных полицейских, заигрывать с Интерполом он бы не стал, особенно если в деле заинтересовано несколько стран. Попадись Луис агенту Гатти, выручать его пришлось бы самому Даатону, если тот вообще бы взялся за это дело. Так или иначе, Каро был бы хоть на время устранен. Кроме того, Пхатти не без оснований подозревал, что, если подобное все-таки случится, ему и самому несдобровать. Что ж, я больше не имела ничего против.

Поэтому-то и решилась на этот звонок.

– Лейтенант Гатти?

– Я слушаю, – ответили на том конце.

– Это Кун Киу. Мы встречались вчера…

– Я помню. Что-нибудь случилось?

Голос агента Интерпола звучал чуточку раздраженно, словно он был не слишком рад меня слышать.

– Тот человек, о котором вы говорили, я знаю, где он сегодня появится.

– Где?

– Ресторан «IlTartufo», в семь.

Несколько мгновений лейтенант молчал, но я слышала, как зашуршала бумага – видимо, он записывал сказанное мною.

– Полагаю, – заговорил он наконец, – лучше не спрашивать, откуда у вас эти сведения?

– Вы правы, спрашивать не стоит.

– В таком случае спасибо за помощь. И лучше вам быть на связи.

– Да, конечно.

Мы разъединились, я выключила воду и вернулась к Луису, улыбаясь как ни в чем не бывало.

– Я уже выбрала сумочку, поэтому не стану предлагать тебе кофе, – сказала я, припомнив наш прошлый разговор. – К тому же я совершенно не умею его варить, так что, возможно, это к лучшему.

– Ты боишься меня разочаровать или отравить? – поинтересовался Луис.

Я рассмеялась, конечно, но почему-то мне показалось, что это не было на сто процентов шуткой. Возможно, он больше не строил иллюзий на мой счет.

– Ты думаешь, мне бы хотелось тебя отравить? – усмехнулась я.

– Я скорее поверю в это, чем в то, что ты дорожишь моим мнением.

Упс. С Луисом, который больше не притворялся хорошим парнем, разговаривать было опасно. Он подозревал, что я сотрудничаю с Гатти (теперь уже не безосновательно) и, возможно, знал, что я знаю, что это он послал тех троих в черных банданах. Имело ли смысл теперь придерживаться своих ролей?

Мы обменялись одинаково холодными улыбками.

– Пхатти бы это не одобрил, – сказала я.

– А ты все еще слушаешься Пхатти? – небрежно спросил он.

Я застыла. Как он мог знать о моем решении отомстить демону, предавшему меня? Ведь я не говорила об этом ни одной живой душе, даже Нуккиду. Или это было просто удачной догадкой? Но почему он вдруг заговорил об этом?

Луис все еще был в очках – казалось, они ему ничуть не мешают даже в помещении, – поэтому я не видела его глаз, но на его губах играла едва заметная улыбка, которую я уже научилась ненавидеть. Он был необычайно собой доволен. Или просто радовался моему замешательству.

– Успокойся, я пошутил, – проговорил Луис и протянул мне руку. – Идем, нам пора.

Чувствуя себя, будто продаю душу дьяволу, я вложила свои ледяные пальцы в его горячую ладонь и пошла следом. В дверях Луис остановился, пропуская меня вперед, и я краем глаза заметила, что пиджак у него чуть-чуть отстает в сторону в районе пояса. Холодок пробежал у меня по спине. Что это? Пистолет?

– Не бойся, – шепнул Луис, проследив за моим взглядом, и с заговорщицким видом приложил палец к губам, призывая к молчанию, словно я могла выдать кому-то его секрет и тем самым испортить отличную шутку.

Но, спускаясь вниз, я никак не могла успокоиться. Я никогда раньше не видела при нем никакого оружия, так почему сегодня он решил взять с собой пистолет? Снова совпадение? Или Луису Каро было известно что-то, о чем никто больше не догадывался? Но он не мог знать о том, что я решила выдать его именно сегодня. Возможно, пистолет – это просто мера предосторожности, так как ему стало известно, что полиция ищет его. Но почему, зная об этом, он решился отправиться со мной в ресторан? Он настолько самоуверен?

Ответ на свой вопрос я получила довольно скоро. Спустившись вниз, я едва не споткнулась: у подъезда нас ждала «красная тачка». Медаль Нуккиду за дальновидность!

–– Да ты, верно, издеваешься, – потрясенно выдохнула я. – Ламборгини?

Причем красная, как сам красный цвет. Более заметную машину представить себе было сложно, особенно здесь. Я даже не знала, что в Бангкоке такие вообще есть.

– Она самая, – ухмыльнулся Каро. – Было не так уж просто доставить сюда эту малышку.

Я все еще не могла оторвать взгляд от автомобиля. Ламборгини я видела только на картинках и в Интернете и никогда не предполагала, что однажды увижу в реальной жизни. А чтобы оказаться внутри? Я посмотрела на Луиса. Казалось, он был очень доволен произведенным эффектом. Снисходительно поглядывая по сторонам на останавливающихся поглазеть на машину зевак, он распахнул передо мной дверь.

– Прошу.

«Это уже не самоуверенность, – поняла я, – это провокация. Но чего он добивается?»

Я скользнула внутрь салона, будучи абсолютно уверенной, что делать этого никак не следовало. «Это ловушка, ловушка, – стучало у меня в висках. – Не знаю как, но Луису все известно, и теперь он убьет меня. Он непременно меня убьет».

Луис обошел машину и сел за руль. Прежде чем завести двигатель, он внимательно посмотрел на меня.

– Не бойся, – повторил он, и я невольно сжалась. – Это будет лучшим днем в твоей жизни.

Почему-то я очень сильно в этом сомневалась.

Он рассмеялся выражению моего лица и повернул ключ зажигания.

Бросив нервный взгляд в зеркало заднего вида, я увидела свое отражение – я была бледнее собственного платья. Посмотрев в окно, я заметила, что люди на тротуарах останавливаются и показывают на нас пальцами, а другие водители притормаживают, чтобы лучше рассмотреть машину. Некоторые улыбались и махали руками, другие свистели или даже пытались сфотографировать автомобиль на телефон. Вид моей погребальной повозки вызывал у толпы восхищение и радость.

Я закрыла глаза и стала молиться Луне.

Луис первым вышел из машины, обойдя ее, распахнул мою дверь и предложил мне руку. Часы на приборной панели показывали пятнадцать минут восьмого, и я не знала, успел ли лейтенант Гатти организовать засаду. Или каким образом он собирался ловить опасного преступника? Я ждала появления отряда спецназа с минуты на минуту, но пока все было тихо.

Пройдя по открытой террасе, уставленной мило убранными столиками, Луис повел меня вглубь ресторана. Не удержавшись, я оглянулась в надежде увидеть хоть какой-нибудь признак того, что Гатти где-то рядом. Но нет. Галантно отодвинув мой стул, Каро без колебаний сел спиной к выходу.

«Если он знает, что полиция ищет его, – подумала я, – то не говорит ли его самоуверенность о том, что ему известно, что его все равно не найдут? Что если он не случайно приехал именно в Бангкок? Что если Даатон заранее побеспокоился о безопасности своего агента?»

Я не сомневалась, что деньги и связи могут многое. Как знать, возможно, был подкуплен и Гатти, и его настойчивость в разговоре со мной совсем даже не означала его намерения довести дело до конца. Что если он не придет?

Я заставила себя расслабиться и сосредоточиться на изучении меню.

Заказав напитки, мы несколько минут сидели молча. Я нервно крутила в пальцах салфетку, Луис неприкрыто рассматривал меня, что в свете всего остального даже не слишком меня возмущало. Я начинала опасаться, что собственными руками вырыла себе могилу.

– Я могу задать тебе вопрос личного характера? – неожиданно спросил Луис.

– Ты обычно не спрашиваешь разрешения.

– Это особенный вопрос. Я решил быть вежливым, чтобы хоть немного расположить тебя к себе.

С чего вдруг ему понадобилось мое расположение?

– Это неожиданно, но я слушаю.

– На тебе белое платье. Очень красивое, не спорю, но все же ты не выглядишь, как женщина, которая стремится понравиться. Обычно ты держишься иначе. Что изменилось?

– У всех бывают неудачные дни, – уклончиво ответила я, вспомнив слова Таши.

– Нет, это что-то другое. Почему ты не надела подвеску, которую я тебе подарил? Она бы прекрасно смотрелась с этим платьем и, безусловно, польстила бы мне.

Я смутилась. Подвеска действительно смотрелась бы великолепно, если бы только меня не начинало трясти при одном только взгляде на нее.

– Я не подумала о ней, – замешкавшись, ответила я, стараясь не смотреть на Луиса.

– Не подумала? – переспросил он.

Я кивнула.

Принесли напитки, на часах была уже почти половина восьмого, но ничто не говорило о скором появлении Гатти со своими людьми.

– Киу, – произнес Луис, и мне послышались чуть ли не угрожающие нотки в его голосе.

Я подняла глаза, и одновременно с этим Луис снял очки. При желании он мог становиться по-настоящему пугающим, настолько изменяли его в общем-то обычное и неприметное лицо разноцветные глаза. Он знал об этом и частенько этим пользовался. Однако в тот момент другая мысль завладела мною, и я, даже не подумав пугаться, внимательно взглянула на Каро. Я напряженно всматривалась, пытаясь запомнить малейшие детали этого лица с его резкими мелкими чертами, тонкими губами, прямым носом и глазами: правым – карим, левым – серым. Сейчас эти глаза сверлили меня пристальным взглядом, и в любой другой момент мне бы стало не по себе от этого, но сейчас, сейчас…

Это лицо – последнее, что видела перед смертью Эмили. Если правда, что образ убийцы навсегда запечатлевается на сетчатке глаза, то именно это лицо должно было навсегда остаться в тускнеющем взгляде Эмили Гибсон. Она тоже видела эти глаза. Успела ли она удивиться? Или испугаться? У меня же не оставалось сил ни для того, ни для другого.

– Киу, ответь честно, почему ты не надела подвеску? – не замечая моего замешательства спросил Луис, и звук его голоса наконец привел меня в чувство.

Правда, чувством этим была злость.

– Честно? – усмехнулась я. – Так теперь ты хочешь от меня честности?

– Я всегда ценил искренность, – осторожно ответил он, чуть отстранившись от меня.

Я придвинулась ближе и снова заглянула в его лицо.

– Тогда ответь честно. Зачем ты убил Эмили?

Я уже знала зачем, но хотела услышать это от него.

Несколько секунд мучительного молчания, а потом:

– Я не убивал ее.

– Я не верю тебе.

Он фыркнул и в притворном возмущении взмахнул руками.

– Просьба отвечать честно подразумевает, что ты мне поверишь. Да и с какой стати мне врать? В конце концов, даже будь я причастен к ее смерти, что бы ты сделала? Надула бы губки и шлепнула меня веером? – он рассмеялся собственной шутке. – В любом случае, я не шаман. Да, мне известны некоторые вещи, но все же мне бы не хватило ни знаний, ни силы, чтобы провести подобный ритуал. Да и желания, признаться, никогда не возникало.

Замерев, я жадно внимала его словам. Если бы он сказал, что ему не известно ничего об Эмили и шаманском ритуале, я бы знала, что он лжет. Но он ответил правду. По крайней мере, в этом он был честен.

Может быть… может быть, не только в этом?

– Ты знаешь, кто это сделал? – спросила я.

– Нет, Киу, так не пойдет, – отрицательно покачал головой он. – Я ответил на твой вопрос, ответь и ты на мой. Почему ты не надела подвеску?

На этот раз я не стала лгать.

– Я ее выбросила.

– Ты… что?!

Очко в мою пользу – я сумела удивить Луиса Каро. Даже более того, мой ответ поразил его настолько, что он, наверное, в течение целой минуты не сводил с меня потрясенного взгляда, не в силах что-либо вымолвить.

– Зачем? – наконец спросил он.

– Я посчитала неприемлемым для себя хранить подарок человека, убившего мою подругу.

– Но я не убивал ее! – воскликнул он, разом теряя самообладание, и в этот момент я окончательно поверила ему.

Либо он великолепный актер, а я доверчивая дура, либо тот факт, что я выбросила его подарок из-за своих подозрений, здорово его задел. Шокировал даже. Лицо Луиса Каро было бледнее скатерти на нашем столике, а рука, потянувшаяся в карман пиджака за сигаретами, слегка подрагивала.

– Прости, – проговорила я, не столько ощущая себя виноватой, сколько из опасения, что теперь он откажется рассказать мне об убийце Эмили.

Он только отмахнулся от моих извинений, и некоторое время сидел молча, мрачно куря и созерцая содержимое своего бокала.

– Так ты знаешь, кто убил Эмили? – осторожно спросила я.

– Знаю.

– Кто?

– Я назову его тебе после ужина, если ответишь на еще один вопрос, – серьезно проговорил он, и я не решилась возразить.

– Спрашивай.

– У меня вообще был шанс?

– О чем ты? – сперва не поняла я, а поняв, опустила глаза.

Из-за всего случившегося в последнее время я совершенно упустила из виду одну простую вещь – Луис любил меня. Я не могла и помыслить о том, чтобы хоть в малейшей степени ответить ему взаимностью, когда считала его повинным в смерти Эмили. Но если он действительно не при чем? До того, как все произошло, у меня неплохо получалось быть с ним милой. Я не могла не признать, что общество Луиса в принципе могло даже быть приятным. Конечно, если он не напивался и не пытался затащить меня в постель. Наверное, при более удачном стечении обстоятельств мы могли бы стать друзьями, но не более.

– Мой ответ как-нибудь повлияет на твое решение рассказать мне, кто убийца? – решила уточнить я.

– Едва ли. Ты помнишь, мы договорились быть честными друг с другом.

Я все же не хотела рисковать и была готова сказать, что шансы у него и сейчас довольно-таки неплохие, но потом вспомнила объятья Итана, в которых провела половину сегодняшнего дня, и решила иначе.

– Нет, – честно ответила я. – У тебя нет и никогда не было шансов.

– Что ж, – проговорил Луис, и хотя он старался делать вид, что мой ответ его задел, улыбка, показавшаяся мгновением позже была несколько вымученной, – это даже к лучшему.

– Прости, – прошептала я.

На этот раз мне действительно было немного не по себе, и я несказанно обрадовалась официантке, выбравшей именно этот момент, чтобы принести заказ.

Мы ели молча, слишком смущенные, чтобы продолжать беседу. Луис снова надел очки, и это послужило знаком того, что честные разговоры на ближайшее время окончены. Это было даже хорошо, так как мне нужно было время, чтобы во всем разобраться. Многое говорило в пользу того, что именно Луис был мерзавцем, убившим Эмили, что мне было непросто отказаться от такой складной теории. Ведь даже Пхатти не стал отрицать его причастности. Но стоило ли доверять демону?

Луис утверждал, что знает убийцу, но не торопился поделиться со мной этой информацией. Кроме того, у меня оставалась масса других вопросов: как он узнал об этом деле? Почему ничего не предпринял для поимки настоящего виновника? Почему полиция подозревает именно его? Вмешается ли в дело Даатон, если Луиса схватят?

Эта последняя мысль беспокоила меня сильнее всего. Еще полчаса назад я с нетерпением ожидала появления лейтенанта Гатти, теперь же я боялась, что он вмешается до того, как Луис обо всем мне расскажет.

В волнении я то и дело бросала обеспокоенные взгляды на дверь за спиной Луиса, но пока ничто не привлекало моего внимания.

Неожиданно агент достал из кармана ключи и положил их на стол рядом с моей тарелкой.

– Что это? – встревожилась я.

– Не дергайся. Сделай вид, что тебе срочно понадобилась попудрить носик. Справа от уборной дальше по коридору есть запасной выход. Дверь должна быть не заперта. У выхода ты найдешь темно-синий внедорожник, вот ключи от него. Садись внутрь, заведи двигатель и жди меня на пассажирском сидении. Я приду через минуту.

– Что происходит?

– Ничего особенного. Не волнуйся, постарайся не привлекать внимания и не оборачивайся.

– Луис, что ты…

– Иди, – перебил он меня, и мне не оставалось ничего другого, как послушно встать из-за стола и направиться к дамской комнате.

Но, отойдя на несколько шагов, я не выдержала – мне казалось, что за моей спиной вот-вот должна разразиться буря – и обернулась. Луис поднялся через мгновение после меня, быстрым, отточенным движением выхватил пистолет и двинулся в сторону террасы, где мне удалось разглядеть несколько человек в форме. Раздались выстрелы – Луис несколько раз спустил курок, и витрина ресторана разлетелась вдребезги.

Вокруг меня кричали люди, одни прятались под столами, другие куда-то бежали. Полицейские попытались проникнуть внутрь ресторана, но Луис продолжал стрелять, и они были вынуждены отступить, не сделав ни одного выстрела из-за опасения попасть в кого-нибудь из посетителей. Во всем этом хаосе на меня уже никто не обращал внимания, и потому я без лишних раздумий бросилась к запасному выходу.

Я была уверена, что здание окружено и что там меня будет поджидать спецназ, однако все было тихо. Никто не попытался меня остановить, когда я направилась к внедорожнику. Тому самому, что несколько дней назад стоял у моего дома. Пассажирская дверь была приоткрыта, и, забравшись внутрь, я вставила ключ в замок зажигания, как и приказывал Луис. Я почти не размышляла о том, что и почему делаю.

Час назад я сама позвонила в полицию, теперь же была готова сделать все, чтобы Луису удалось скрыться. Он был единственным известным мне человеком, готовым рассказать, что на самом деле случилось в квартире Эмили. У лейтенанта Гатти была своя версия, но, не знаю почему, Луису я верила больше. Эта доверчивость могла бы показаться мне странной, будь в тот момент у меня время задуматься.

Наверное, дело было в моем страхе. Если существовал шанс, что убийца Эмили будет наказан и мне не придется для этого никого подставлять или злить демонов, я была готова ухватиться за него обеими руками. Мне очень хотелось выбраться из этой передряги живой.

Стрельба внутри стихла, и через секунду в дверях появился Луис. Он бегом пересек парковку и в мгновение ока оказался рядом со мной на водительском сидении. Двигатель взревел, и машина тронулась с места, быстро набирая скорость. Вслед нам не раздалось ни одного выстрела, однако, беспрестанно вглядываясь в зеркало заднего вида, я очень скоро заметила погоню.

– За нами хвост, – сказала я и чуть не расхохоталась, чувствуя себя героиней какого-то боевика.

Но смех этот был вызван отнюдь не весельем – на самом деле мне было страшно до чертиков.

Луис ничего не ответил. Он молча гнал вперед, лавируя в потоке машин, не слишком многочисленных в этой части города, однако ежеминутно прибывающих, так как мы приближались к центру. Пару раз он был вынужден объезжать пробки по встречной полосе, чуть менее оживленной. И в эти моменты от страха я закрывала глаза, всецело полагаясь на реакцию Луиса Каро и постоянно слыша за спиной вой сирен.

Неожиданно что-то тяжелое упало мне на колени.

Открыв глаза, я увидела пистолет Луиса.

– В бардачке есть запасной магазин, заряди, – бросил он.

Трясущимися руками я открыла бардачок и обнаружила там несколько обойм со странного вида патронами.

– Что это? – не удержалась я от вопроса.

– Жадеитовые пули, – ни на секунду не спуская глаз с дороги, ответил Луис. – Осторожнее, ты ведь не хочешь, чтобы на них остались твои отпечатки.

Стараясь действовать быстро и в то же время аккуратно, я перезарядила пистолет. Я не особенно разбиралась в оружии, но однажды Нуккид объяснил мне на примере своей Беретты, как нужно стрелять. Смеясь, он сказал, что это необходимо мне для того, чтобы по ошибке не прострелить себе что-нибудь. Я послушно выполняла его указания, не особенно стараясь запомнить их и считая, что мне это знание никогда не пригодится.

Кто бы мог подумать!

Я не обращала внимания, куда мы едем, пока Луис по ошибке не свернул на дорогу с односторонним движением и, выругавшись, не был вынужден сдать назад, чтобы укрыться в узком переулке, скорость движения в котором была просто черепашьей.

– Я недостаточно хорошо знаю город, – раздраженно бросил он, снова разворачиваясь, чтобы свернуть во двор.

Звуки сирен раздавались все ближе.

– Киу, куда мне ехать?

– Я не знаю! – в панике воскликнула я.

– Куда?! Должно быть место в этом чертовом городе, где можно на время укрыться от полиции! – проговорил он. – Что-нибудь! Убежище, потайной ход, секретная квартира.

Штаб!

– Есть одно место, – в нерешительности проговорила я.

Насколько мне было известно, приглашать туда мог только Пхатти лично, нам же не дозволялось никому рассказывать об этом месте. Однако в данной ситуации речь шла о свободе и, возможно, жизни агента Даатона. Несмотря на всю мою неприязнь к Пхатти, я ни секунды не сомневалась в том, чью сторону он примет в этом деле.

– Веди меня!

Я судорожно посмотрела по сторонам, пытаясь понять, где мы находимся. Мы были недалеко от центра, но находились в противоположной стороне от штаба. Требовалось немало везения, чтобы добраться туда в это время и не попасться полиции. И все же стоило попытаться.

– Давай направо, – скомандовала я, решив выбрать более длинный, но и менее популярный маршрут.

Луис послушно свернул направо, и в течение следующего получаса неукоснительно следовал моим указаниям. Видимо, адреналин настолько обострил мою память, что я ни разу не ошиблась с направлением, и мы сумели обогнуть центр города, так и не увязнув в пробке. Нам даже удалось немного оторваться от преследователей.

На пути Луис совершенно игнорировал светофоры и дорожные знаки, с каким-то нечеловеческим умением уворачивался от других автомобилей и даже ухитрился не сбить никого из пешеходов, когда был вынужден объезжать скопления машин по тротуарам. Мы, правда, все-таки опрокинули несколько лавок уличных торговцев, но, учитывая обстоятельства, это было сущей мелочью.

Однако при подъезде к бизнес-центру, где располагались штаб и офис Пхатти, нас ожидал неприятный сюрприз. Дорога к парковке была перекрыта из-за ремонтных работ, и добраться до нее можно было лишь в объезд, который мы уже никак не могли себе позволить. Луис хотел повернуть назад, но в этот момент я вспомнила о потайном ходе, до которого было совсем недалеко.

– Пойдем пешком, – бросила я и, не дожидаясь ответа Луиса, вышла из машины.

Он последовал за мной секундой позже. Сирены все еще выли где-то рядом, но в переулке, куда мы свернули, полицейских пока не было. Я со всех ног бросилась через дорогу в ближайшую лавку. Луис не отставал.

– Нам нужно пройти еще один квартал, – сказала я, не останавливаясь.

Луис кивнул.

– Здесь рядом есть служебный вход, им пользуется только персонал бизнес-центра, и он не слишком охраняется.

– Пхатти там? – спросил Луис.

– Он недалеко. Но там наверняка есть кто-нибудь из наших, они помогут нам укрыться.

– И как мы туда доберемся?

Я на мгновение задумалась.

– Пройдем насквозь. Мы выйдем прямиком к рынку, там будет просто укрыться. Даже если полиция, обнаружив брошенную машину, поймет, куда мы направились, нам все же должно хватить времени, чтобы добраться до входа.

– Тогда идем, – сказал Луис и подтолкнул меня к выходу из магазина, противоположному тому, через который мы только что вошли.

Уже давно стемнело, но на улицах по-прежнему было шумно и многолюдно. Нам приходилось сдерживать шаг, чтобы не привлекать к себе внимание, и я поминутно оглядывалась, боясь увидеть погоню. Но пока все было тихо. Мы прошли через рынок, оставшись незамеченными, и вышли к бизнес-центру. Луис помедлил, внимательно осматривая близлежащие улицы, но, кажется, не заметил ничего подозрительного. Я тоже не видела ни одного полицейского, и даже сирен больше не было слышно.

Уже не в силах стоять на месте, мы бегом пересекли улицу, отделявшую нас от заветной цели. Было слишком тихо, и это начинало меня беспокоить. Однако мы без проблем добрались до служебного входа и после того, как я ввела нужную комбинацию на кодовом замке, юркнули внутрь.

@темы: Кун Киу

URL
   

Lydia Zavadovskaya

главная